lazarudin

Category:

Семейные легенды

Пишет  Ольга - Эльке ( elkek ) из города Ариель.

Источник:  Семейные легенды

Семейные легенды.
У кого их нет. Так-как доходят до нас они в многократном пересказе, это именно легенды, за стопроцентную достоверность ручаться не приходиться.
Мне тут довелось сделать немалую работу над семейными корнями. Увидеть, как меняются версии в разных пересказах.
И решила я записать часть легенд, хотя бы в том виде, в котором довелось услышать мне самой.
В нашей семье была популярна гипотеза , что в книге Анатолия Рыбакова "Тяжёлый песок" описан городок Щорс Черниговской области, где до войны проживала семья моей мамы. Где сама она родилась в 1940 году.
Старшая мамина сестра Рахиль, вроде, узнавала отдельных персонажей. В том числе, школьного учителя и улицы.
Но я прекрасно понимаю, что автор романа мог взять описания разных людей и разных городов , чтобы соединить их в своём художественном романе.

В романе сказано, что герои не уехали в эвакуацию, потому что на весь городок был единственный эшелон . И уехали только те, кто сидели и ждали, а не те, кто думали и колебались. На Щорс был единственный эшелон. Бабушка с пятью детьми уехала, оставив дом и достаточно свежую могилу матери — Ривки.

В книге не было сказано, что этот единственный эшелон недалеко уехал. Разбомбили. Спаслись те, кто добрался до следующей станции . И тут , и дальше по дороге в эвакуацию, было много чудес, которые могли помочь только тому, кто из-за всех сил рвался уехать. Я слышала версию, что бабушке помог доехать на подводе до следующей станции, встреченный знакомый деда. Деда, который уже был призван.
Где-то по пути заболела моя мама, младшая на тот момент в семье, и бабушка, оставив её в больнице со старшей Рахиль, повезла спасать остальных. Где-то на полустанках пересеклась бабушка с эшелоном деда. Уже имея направление в Ленинск Кузнецкий. И дед потом после ранения знал , где искать семью.
Но легенда, которую я хотела рассказать – легенда о возвращении.

Я не знаю, было ли действительно описанное в "Тяжёлом песке" Гетто в Щорсе или в другом небольшом украинском городке, но вернувшись из эвакуации еврейских соседей семья почти не застала. Возвратились соседи — фронтовики, без рук, без ног. Но семей у многих уже не было. Вчистую.
Дом бабушкин сохранился, но был захвачен. Тут версии расходятся, то ли полицаем, то ли просто сотрудничавшим с немцами украинцем.
Бабушку дальше сеней не пустили, и неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы не подоспела бабушке награда матери-героини. Как матери, не потерявшей за время войны ни одного ребёнка . После того, как бабушка выходила мужа, вернувшегося больным и контуженным , она ещё и мамину младшую сестрёнку родила, назвав по умершей прямо перед войной маме Ривкой.

Вызывают её для вручения, а она приезжает и отказывается брать медаль. До какого отчаяния дошла моя несгибаемая бабушка, если поехала и сказала,
—  Пока мой дом захвачен этим, я медали не возьму.

Могла прямо оттуда уехать в новую "эвакуацию" и гораздо дальше…
Но повезло. Или начальство в момент ещё не законченной войны человечнее было. Пообещали решить, только возьми медаль.
Взяла. Вернулась домой, … а захватчика нет. Быстро делали…

Только рано было радоваться. Когда начали возвращаться с фронта и из эвакуации выжившие, не понравилось это жителям титульной нации. Грянул погром на вернувшихся. Мало там видно рек еврейской крови пролили.
В этом погроме маминому старшему брату Хиршу (Грише) пробили голову. Он прятал маму и её сестру Фиру. Успел спрятать, а сам спрятаться не успел. Когда бабушка повезла его к врачу, врач сказал:

— Ещё жидёнок недобитый. Лечить не буду.

Гриша выжил, единственный из шести детей не получил высшего образования. А бабушка сказала:
— Я здесь жить не буду. На земле столь обильно политой еврейской кровью, а им всё мало? Мы уезжаем.

Откуда у неё были силы перевезти снова 6 детей , и всё ещё выздоравливающего мужа снова, не знаю.
Но она всегда гордилась, говоря, что назавтра после погрома, собрались все фронтовые калеки — евреи, и устроили погром на погромщиков. Терять им было уже нечего.
А бабушка продала отвоёванный дом и перевезла семью в Подмосковье. 

Лихтеровы: Бат-Шева, Мордехай (Моше Иешуа), Рахиль, Ицхак, Хирш, Эсфирь, Тамара, Ривка

Прабабушка Ривка - мама бабушки Бат-Шевы (в девичестве Циркин)


Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.