lazarudin

Categories:

Мононациональное общество

Уважаемый  igor1960  разместил большой отрывок из обширной статьи, оригинал которой находится здесь . Мне эта статья показалась чрезвычайно интересной. Рекомендую прочесть полный вариант статьи.

____________________________________________________

Польша одна из наиболее религиозных стран Европы: более 90% поляков декларируют свою принадлежность к католицизму. Стереотип «поляк-католик» вполне применим к современному польскому обществу, тем более что это общество мононациональное и на долю национальных меньшинств приходится менее 2% от общего числа населения. 

Религиозность рассматривается самими поляками как неотъемлемая черта польской идентичности: так считают около 90% жителей Польши, причем этот показатель остается неизменным с 1992г.

Несмотря на отсутствие явной, открытой дискриминации быть в Польше не поляком и некатоликом не так– то просто. Исследования показывают, что уже с детства многие белорусы ощущают свою уязвимость. Белорусские дети стараются в школе говорить по-польски, учителя очень часто порицают детей за то, что они разговаривают «по-простому», т.е. по-белорусски. Белорусские фамилии нарочито произносят по слогам, занижают оценки. Дети испытывают трудности в связи с тем, что православные праздники отмечаются не в те дни, что католические, и нередко слышат от учителей, что «живя в Польше, надо отмечать праздники в те дни, что и все поляки, а не придумывать себе какие-то иные праздники».

Правда по закону православные имеют право 7 дней в году отмечать праздники по своему календарю, беря выходные за свой счет. Но закон это одно, а реальная жизнь другое. Вовсе не всегда администрация терпима к сотрудникам, не выходящих на работу в те дни, когда все другие работают. Не говоря уже о школьниках, которые к раздражению учителей осмеливаются праздновать какие-то другие, не польские и не католические праздники. Стремление избежать проблем подобного рода одним стало одним из побудительных мотивов для создания в Белостоке по инициативе православных частной православной школы, где обучение ведется по государственным программам, но вместе с тем организовано преподавание русского, белорусского и украинского языков, основ православной религии. Работа школы строится в соответствии с православным календарем, что снимает многие проблемы.

«Непольскость» ( а значит, как правило, и некатолическое вероисповедание) могут стать препятствием и при поступлении в вузы и при приеме на работу. Поэтому православные подчас пытаются выдать себя за поляков, дабы не подвергаться дискриминации. В школах иной раз таковой подвергаются православные учителя под тем предлогом, что они не смогут ходить вместе с детьми в костел, отмечать религиозные праздники. Нередки насмешки над православными обрядами раздражающе не похожими на католические.

Таким образом, благородное желание хранить свой язык и культуру, нередко требует от православных немалых сил и самой настоящей жертвенности: ведь именно хороший польский, причастность к польской культуре открывают дорогу в жизни, возможность карьеры.

Православный священник М.Сынак считает, что меньшинствам «необходимо иметь внутреннее смирение», ибо меньшинствам всегда трудно.

В повседневной церковной практике богослужение нередко ведется на церковно-славянском языке, а проповедь читается по-польски или по-русски. Это обусловлено тем обстоятельством, что русский понимают все православные, он традиционно использовался для проповедей, он един, тогда как белорусский имеет множество диалектов и подчас жители соседних деревень говорят по-разному.

Этнические белорусы все более утрачивают язык отцов и дедов. Это результат, прежде всего, массовой миграции в города в связи с отсутствием жизненных перспектив в деревне. Даже живущие в деревне белорусы, говоря на родном языке, читают и пишут, как правило, по-польски. Белорусский язык ассоциируется с домом, природой, молитвой, польский – с городом, карьерой. «Бог создал деревню, а человек – город» гласит белорусское присловье. Первое поколение мигрантов еще помнит свой язык, а второе обычно забывает. Препятствием для полной ассимиляции является православная церковь.

Католикам и православным подчас нелегко понять друг друга в вопросах чисто конфессиональных. Конечно, и те и другие веруют в одного Бога, но уже почитание святых может породить проблемы. Так в 2002 г. Польша получила еще одного небесного покровителя – Андрея Боболу. Бобола жил в 17в., активно и не без применения насилия насаждал унию и погиб мученической смертью от рук казаков. Интересно, что канонизация Боболы произошла в 1938г., как раз в тот момент, когда на Холмщине разрушались и закрывались православные храмы. Культ Боболы в Польше весьма распространен, его заслуги в деле утверждения католицизма несомненны, но вряд ли новый небесный покровитель Польши вызывает у православных граждан страны такие – же чувства как у католиков.

Католики и православные не только по-разному молятся, но по-разному воспринимают и земные реалии. В качестве примера можно вспомнить о том, что популярная среди поляков в начале 80-х годов «Солидарность» отнюдь не столь восторженно воспринималась православным населением страны, так как в идеологии движения явно акцентировалась польская и католическая составляющие.

В свое время Л.Валенса во время визита в Японию имел неосторожность заявить: «В Польше не так, как в России, у нас нет национальных меньшинств». Правда, на первом съезде «Солидарности» была принята специальная резолюция, посвященная проблеме национальных меньшинств, но использованные формулировки были как минимум неудачными.

В частности в Белостокском (ныне Подляшском) воеводстве православные не стремились присоединиться к «Солидарности», более того испытывали настоящий страх перед новым и неизвестным явлением жизни. Впрочем, для страха были и известные основания: некоторые белорусы вспоминают, что на домах православных католики рисовали мелом крестики. Конечно, Варфоломеевская ночь белорусам вряд ли грозила, но настороженное и подозрительное отношение к себе со стороны польских соседей многие из них испытали на протяжении жизни. Православие, непольские имена, непольский язык, непольские обычаи далеко не всегда воспринимались с уважением и пониманием. В восприятии многих поляков белорусы ассоциировались с советской властью, СССР, тоталитаризмом– всем тем, с чем боролась «Солидарность». Для белорусов же коммунистическая власть вовсе не была уж столь однозначным злом, а порою воспринималась и как некая защита от не всегда благосклонно настроенного по отношению к белорусам польского населения. В этой связи не удивительно, что стремясь засвидетельствовать свою лояльность власти, многие представители национальных меньшинств, особенно белорусы и литовцы вступали в ПОРП. Со второй половины 50-х до конца 80-х годов число представителей национальных меньшинств – членов партии значительно превосходило число поляков– членов ПОРП, живущих на этих же территориях.

До операции «Висла» украинцы проживали главным образом в юго-восточных регионах Польши. После этой операции они были насильственно перемещены в северные и западные регионы, т.е. Варминско-Мазурское, Западнопоморское и Нижнесилезское воеводство.

Операцию «Висла» с полным основанием можно причислить к трагическим страницам польского православия. Ведь в ходе этой операции около 150 тыс. человек были вынуждены покинуть родные места. В качестве официальной причины выселения Варшава называла необходимость ликвидации действовавших в юго-восточных регионах отрядов УПА, которые, по версии польских властей, пользовались широкой поддержкой местного населения. Операция проводилась жестко: спецслужбы составляли подробные списки депортируемых и проводили фильтрацию переселенцев, выявляя среди них подозреваемых в связях с УПА. Те переселенцы, которые не прошли фильтрацию и подозревались в связях с украинским националистическим подпольем, подвергались аресту и отправлялись в концлагерь в г. Явожно в южной Польше. Примечательно, что польский концлагерь в Явожно располагался в бараках, ранее относившихся к печально известному концлагерю Аушвиц. Помимо украинцев под тяжелую руку польских властей попали и представители еще одного восточнославянского небольшого и загадочного народа лемков. Проблема их идентификации весьма сложна. Хотя бы потому, что сами лемки решают ее по– разному: некоторые из них твердо уверены в том, что лемки – особый народ, близкий к русскому, другие столь же уверенно относят себя к украинцам, а третьи, считая себя таковыми, не отрекаются при этом от своего лемковского происхождения. Представители каждого из названных направлений имеют свои организации. Украинцы, как правило, не желают признавать самобытности лемков, считая, что претензии на таковую ослабляют украинское сообщество и без того не очень многочисленное. Сторонники украинской идентификации чаще придерживаются униатства, лемковской, исходящей из того, что лемки –часть русского народа исповедуют православие.

В Силезии и Поморье лемки и украинцы были расселены властями таким образом, чтобы как можно быстрее ассимилировать их в польско-язычном окружении. Количество переселенцев отдельных населенных пунктах не должно было превышать 10% от общей численности их населения. Однако ассимиляционные планы польских властей в полной мере реализовать не удалось. Уже в 50-е годы лемки и украинцы начали возвращаться в родные места. Процесс этот продолжается и по сей день. И лемки, и украинцы пытаются добиться компенсации за утраченное имущество, но не очень это удается. Польские власти объявили Бещады – горы, где издавна проживали лемки – заповедником, а значит компенсации стали практически нереальным.

После войны надежды части лемков на вхождение в состав СССР не оправдались, а вышеупомянутая операция «Висла» нанесла серьезный удар по лемковской идентичности. Ибо переселенные на запад Польши лемки растворились во многом среди недоброжелательно настроенного к ним как польского, так и украинского населения. Ни для поляков, ни для украинцев лемки в тот период так и не стали «своими», хотя общность судьбы в какой –то мере способствовала украинско-лемковскому сближению.

***

Таким образом, можно констатировать наличие достаточно сложных и неоднозначных проблем во взаимоотношениях церкви и общества в современной Польше. Специфика этих взаимоотношений свидетельствует о процессах, которые переживает в настоящее время Польша– поиск новой, европейской идентичности, сочетающийся со стремлением сохранения своей самобытности, «польскости», немыслимой для большинства поляков без католицизма.

В последнее время несколько усилились критические настроения по отношению к костелу, что связано во многом с политической ангажированностью последнего, претензией на роль не только духовного наставника, но и кормчего в море политики. Польша, все более тесно сближающаяся с Европой, переживает те же процессы, что и другие европейские страны, в том числе и процесс секуляризации. В настоящее время нет оснований для утверждений о серьезном ослаблении позиций польского католицизма, но наличие определенных тенденций, несомненно.

Обращение к проблеме православия в Польше, как представляется, позволяет заключить, что процессы демократизации в стране, несомненно, создали достаточно благоприятные условия для религиозной жизни исповедников восточной ветви христианства. Но социально-экономическая и политическая трансформация не привела (во всяком случае, до сего времени) к исчезновению исторически сложившихся предубеждений и стереотипов сознания. Изменение последнего процесс гораздо более сложный и длительный, чем изменение условий бытия.

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.