lazarudin

Category:

Семитизм и антисемитизм в Галичине часть 2.

Начало здесь

Иван Франко

Др. Липпе, кажется, чувствует справедливость упрека о нехватке гражданского чувства у евреев и сбывает его чисто раввинскою, ориентальною штучкой. «Чего, собственно, хотят ассимиляторы от евреев?» — спрашивает он (с.41). «Что еврей должен сделать из себя, чтобы стать гражданином? Какие приметы, какие гражданские достоинства имеет польский Войтек или русский Федь, которых бы не имел еврей Мошко?» — «Любви к родному краю» — говорят. Но вот уже сто лет эмигрируют христиане со всех краев Европы до Америки, Африки и Австралии, зато европейские евреи до недавнего времени в том движения приняли только минимальный удел. Еврей везде, без сомнения, гражданин своей отчизны, но его победный согражданин-христианин отбирает у него его естественное право, право гражданства. Еврей в основном перегружен обязанностями перед своей отчизной, а у христианина преобладает употребление гражданских прав. Состоятельный и интеллигентный еврей должен бежать из Галичины, чтобы уйти от простацких нападок (gemeisten Invektiven)  «Gаzety Narodowej» и уличных ребят, чтобы в ясный полдень его не застрелили на улице как собаку. (И.Франко цитировал статью Липпе)

При таком представлении о положении небедных, но имеющих евреев в Галичине от человека, который, как сам признается, в Галиции родился, был воспитан и кончил школу, можно ли удивляться, что заграничные евреи называют жизнь галицких евреев «борьбой»  (ein Ringen) и по всему миру собирают пожертвования «fur galizische Zwecke» (для Галицких целей) ?  

Что та еврейская борьба доходит кое где до таких отношений, как в Бориславе, где несколько лет назад был кровавый погром христианских рабочих евреями, при котором убито шесть, а искалечено свыше 30 рабочих; что те «угнетаемые» евреи во многих городах и местечках имеют подавляющее большинство и господствующую и всесильную партию и используют свое господство так отвратительно, как того пример видели мы на Бродах. Не менее интересные истории могли бы поведать Дрогобыч, Коломыя, Калуш, Снятин, Жабье и др., — о том иудейские апологеты не вспоминают ничего, а может, считают это чем-то таким естественным, что о том и вспоминать не стоит.

Так или иначе, однако мы, наученные давними и новыми примерами, осмеливаемся опровергнуть вышеприведенные утверждения др. Липпе. Если евреи до сих пор не эмигрировали в Америку, то это вовсе не доказывает их «любви к родному краю», но доказывает прежде всего, что они не имели причин и необходимости эмигрировать,  что значит собственно, что наши края и наши народы, польский и русский, являются для них самым полезным поприщем, потому что составляют наименьшее сопротивление их эксплуатации. 

Были случаи, что иудеи действительно пробовали ездить в Америку, но через короткое время возвращались обратно, убедившись, что там не так легко выжить  таким «трудом», как у нас. 

То что евреи несут больше обязанностей краевых и государственных, если возьмем в сравнение отношение прав и обязанностей главной массы нееврейского населения, а не привилегированных слоёв, как это делает др. Липпе, то это чистая неправда. Не говоря уж о налоге кровью (службе в армии), от которого евреи тысячами правыми и неправыми способами умеют выкручиваться (сравн. многочисленные процессы по подкупу евреями призывных комиссий ), даже налога имущества и абсолютно и пропорционально намного больше платят христиане, полеводы и ремесленники, чем иудеи — купцы, властители домов по городам, рантье и капиталисты.

И особенно два мои утверждения, высказанные в «Echach» сего журнала, стянули на меня тяжелые громы со стороны еврейской прессы, а именно: утверждение о претензиях евреев на экономическую, а возможно также и на общественную гегемонию, а также (утверждение) об их конспиративной манере поведения. 

Обойду молчанием все те нелестные эпитеты, которыми забросала меня еврейская пресса за высказывание тех утверждений. Для меня самым интересным было изумление иудейских апологетов, в этом случае, словно мое утверждение было чем-то неслыханным. «Мятеж иудеев в Галичине! Невероятно!» — воскликнул возмущенный др. Липпе; «Дьявольское и подлое подстрекательство!» — вскрикнул львовский «Izraelit»; «Антисемитское подстрекательство!» — повторяет др. Адольф Инлендер [12] в «Оjczyznie». И ни один из них даже не пробует как то опровергнуть мое утверждение. 

И разве же организация евреев в конфессиональные общины и кагал такая большая тайна? Или тайна их садистские религиозные законы? Или тайна, то огромное влияние, которое имеют те организации на дела экономические и общественные, а не только исключительно на вероисповедальные? Или наконец-то тайна — и веками выработанная могучая сплочённость всего еврейского племени, которой одно проявление я показал в деятельности «Аliance Izralite». 

Или все то вещи, о которых нельзя говорить? Вещи, что не имеют никакого значения для нашего края, в котором 10% населения — иудеи? Или, может, наконец, это все антисемитские выдумки? Кажется, что нет, ибо вот что читаем, например, в варшавском еврейском органе «Głos», в сборной статье от редакции, в которой заседают также отдельные светлые еврейские головы: 

«Еврейскому вопросу, с точки зрения общественно-экономической, особую окраску придает организованная обособленность. Иудейская эксплуатация по своему содержанию не отличается от обычной эксплуатации, но отличается особо гадкой формой. 

Народ, лишенный земли и ограниченный в выборе занятий, сделался паразитом, что живет с кровавого труда других. Сдавленное в тесных рамках общности, органично приспособленное (специализированное) к выполнению лишь некоторых функций еврейство создало особую форму общественной организации, предназначенную исключительно для порабощения других. 

Бывают между евреями не только капиталисты, но также пролетарии, и странный это пролетариат, ибо хотя часто почти умирает с голоду, но средства для своего существования получает обычно только эксплуатацией чужих элементов. Надо здесь добавить, что вследствие специализации в определенном направлении, иудейская эксплуатация более эффективная, более последовательная и поэтому также более вредная и намного более обидная по своей форме от обычной эксплуатации, хотя по своему содержанию совсем не отличается от неё. 

Специализация наконец сделала евреев неспособными к другим занятиям, а это дело очень тяжелое потому, что даже если бы евреи и выполняли лучшим образом свою специальную функцию в общественном разделении труда, их для выполнения этой функции слишком много. До сих пор у нас очень мало обращено внимание на сие обстоятельство. Статистика занятий показывает, что если в Англии, которая имеет такие широкие торговые и промышленные связи, посредники составляют только 5-6% от населения, у нас их насчитывается 15%, а с того 9/10 евреи» («Głos», 1886, ч.6.).

(конец цитаты из «Głos»)

Не буду приводить из галицких отношений примеров той еврейской сплочённости и тесной организации. Достаточно сказать, что, возвращаясь на поле общественно-экономическое, она конечно тем сильнее, что освящена вероисповедальными и религиозными мотивами. Доходит даже до того, что самая тяжелая религиозная клятва (хэрем) очень часто бывает применяемая и злоупотребляема в целях чисто экономических. 

Супротив тех общеизвестных фактов возмущение иудейских апологетов на мое утверждение выглядит совсем комично. Главный их упрек, словно я сделал «Аliance Izralite»  автором той конспирации, а ее фонды «Для галицких целей» назвал какой-то «армией, за которой идет резерв и всеобщее ополчение», а основание еврейских земледельческих и промышленных школ  считаю «революцией» или «вредной конспирацией», это попросту плохие шутки для  «заблахманювання очей». 

Наоборот, своим вторым «Echu» (см. выше с.39 и 40), о котором др. Липпе пишет, что оно написано «языком и выражением, памятными еще с нашей первой молодости, привычными при музыке вечерней зари в устах легкомысленных студентов, слесарей-подмастерьев и учеников сапожника, когда они пытаются отогнать нас от музыки розгами и крапивой». Очевидно, читая мою статью, вдохновлённую слегка библейским стилем, др. Липпе услышал словно порка розгами и крапивой! (и по поводу которой он удивляется только кротости редактора, что пропустил ее). 

Я написал определенно: «Пусть усохнет язык мой, если хочу делать тебе с того упреки; наоборот, я хотел бы поставить тебя образцом для своих земляков». И далее: «Собственно поэтому я восхваляю правильное занятие евреев земледелием, ибо в настоящее время, земельная собственность в руках евреев часто бывает разорена плохим хозяйствованием». 

То что на эти, кажется, достаточно выразительные слова,  др. Инлендер отвечает мне: «Если бы иудеи хотели слушать советы и мнения какого-то русско-польского-поэта-социолога, должны были бы стараться всеми силами в упадок своего собственного племени, не закладывать школ, не обучать полеводов, не воспитывать ремесленников» («Ojczyzna», ч. 4), — то это уже, кажется, обычная тактика еврейских публицистов из белого делать черное.

Далеко интереснее против того упрек, который в самом начале своей статьи поднимает против меня др. Инлендер, будто бы «пан Франко не читал того и того». Хорошо же др. Инлендер читал мою статью!

Так же основные упреки направлены против моего утверждения о «гегемонии евреев». Когда я указал на неравенство в экономической борьбе между евреями и неевреями, мне ответили, что ведь христиане имеют больше прав, чем иудеи или, наконец, как это сделал др. Вильгельм Фельдман в последнее номере «Izraelitа», что христианские рабочие не хотят принимать евреев в свои организации. 

Интереснейший доказательство и здесь выдвинул др. Инлендер, утверждая, что то достижение экономической гегемонии, та монополизация торговли и промысла, приобретение земельной собственности в спекулятивных целях — все это — ничто большее, как только «право на труд и гражданское равенство», несмотря совсем на то, что этот рост еврейских ґешефтов, это одновременно рост нищеты и эксплуатации христианского населения. 

Др. Инлендер доходит даже до того, что добивается такого «равноправия», чтобы евреи занимали в Галичине не 8,8%, но 10% всей земли на той основе, что составляют 10% населения всего края. То, что евреи имеют теперь в руках 60% промысла, и 90% торговли в Галичине, это в его глазах никакой не знак еврейского преимущества и не дает неевреям права добиваться равноправия с евреями.

Так как же я понимаю ассимиляцию евреев, что в нашей еврейской политике должно занимать первое место? 

Что не понимаю ее как религиозное отступничество, принятие крещения и употребление свинины, это само собой разумеется, хоть это приписывает мне др. Липпе, который одновременно (с.52) удивляется, как может автор, «русско-польский католик в своей вотчине, что безусловно присягнула  папской короне и продала себя Риму с душой и телом», шутить с Библией.

Уже само это противоречие, должно было бы побудить человека, всерьёз относящегося к делу, остановиться на том и прочитать внимательно мою статью и другие материалы в том же журнале, и из них, может, вынес бы убеждение, что народная партия польская и русская, основу которой хочет положить «Przegląd Społeczny», не намерена между пунктами своей программы положить ни римской, ни византийской, и никакой другой правоверности, но наоборот, оставляя религию в стороне как дело личного убеждения, намерена возвысить человеческий дух, содействуя развитию науки и нравственного чувства. 

Мы уверены, что ассимиляция интеллигентных еврейских единиц не основывается на почве религиозной правоверности, потому что там, на поле догм никакое объединение невозможно.  Тесное взаимопонимание, следствие обоюдной терпимости, возможно только на почве науки, познания природы и критического понимания прошлого, а также в работе над общими, чисто человеческими общественными и политическими задачами. 

Всякое отстаивание на положениях чисто конфессиональных и ортодоксальных может довести только до затмения основных вопросов гуманности и к разжиганию страстей; устрашающий пример сего дал др. Липпе в своей брошюре. 

Сколько глупостей наплел сей иудейский интеллигент, начиная от высказанного в предисловии притязания, чтобы «христианская церковь спихнула с престола Бога бесконечной доброты, что сверху прощает всякие вины, а посадила обратно ветхозаветного Бога, карателя и мстителя, Бога справедливости и его десять заповедей, данных среди громов и молний, а в первую очередь  завела празднование субботы вместо воскресенья» (с.2), вплоть до абсурда вроде подозрении апостола Павла в кровосмешении, на основе предложения, высказанного где-то в Апостольских Деяниях, якобы «он имел сестру за женщину».

Слышал др. Липпе, звон, да не знает где он; слышал, что в каких-то апостольских писаниях говорится что-то про сестру и женщину, но не знает, что. Могу пояснить ему сие. В одном из своих писем пишет ап. Павел о себе, что не требует от верующих никакой помощи для себя, потому что живет с труда своих рук, и что в своих апостольских путешествиях не возит с собой сестры как женщины, как это привыкли делать другие апостолы. 

Следовательно, речь здесь не о Павле как такого, что жил с женщиной-сестрой, да и Павел не вменяет другим апостолам кровосмешения, зная, что они были женаты, но своих женщин называли сестрами во Христе, обозначая, что они одинаковой веры с ними. 

Др. Липпе, который так сильно возмущается, когда кто нарушит хоть одну букву его любимого Талмуда, должен бы иметь хоть столько  здравомыслия, чтобы такими глупостями не провоцировать ненависть у людей, для которых без оглядки на то, правоверные ли они или нет, ап. Павел есть и останется одним из самых чистых и величественных фигур в истории религиозного развития, и в первую очередь за свой огромный и полный самоотвержения труд по освобождению христианской этики от еврейских формул и от еврейской формалистики.

Так же под ассимиляцией евреев не понимаем слияния целой их массы с населением для них чужеплеменным, потому что мы убеждены, что при таких численных отношениях, как у нас, это и невозможно, и не было бы полезно. Ассимиляция для нас, это прежде всего задача гражданского уравнивания на основе равных прав и равных обязанностей.

Гражданское уравнивание! «Как это, разве долгая жизнь в крае не сделало нас его гражданами?» — спрашивают иудеи. Отвечаю: «Нет!», «Познание земли не дает нам права гражданства?» — спрашивает др. Липпе. Отвечаю: «Нет!» Паразиты, которые дольше всего живут на деревьях, это еще не деревья; различные спекулянты прусские, французские и другие, что занимают землю в нашем крае, но и не думают быть его гражданами. 

Гражданином края делает не давность поселения, не земля, не капитал, а только чувство солидарности с народными идеалами и труд для их осуществления. Понимается, что равноправие мы понимаем не как привилегию одних только «obywateli» в настоящем значении сего слова, но как широкую основу,  только на которой может быть основано гражданское уравнивание всей массы народа. 

Только же равноправие должно быть действительно равным! 

Галицкие евреи до сих пор не перестают жаловаться на неполноту равноправия, на их дискриминацию, например, в военной или судебной службе, на недопущение их к некоторым общественным функциям. Не думаю перечить, что действительно оно так, и границы их прав можно было бы расширить. Но, с другой стороны, иудеи забывают, что на многих полях общественной жизни они занимают привилегированное положение в сравнении с большой массой неевреев, что пользуются множеством прав, присущих только им самим, и что их конфессионально-экономическая организация и местами даже сам склад их ума позволяет им даже равные права использовать в свою пользу, а обходить много предписаний законов, которые своим бременем падут на нееврейское население. 

Итак идея равноправия добивается безусловного устранения всяких таких привилегий и исключительных прав, разбиение всех неявных организаций, что поддерживают эксплуатацию, хоть бы они прятались под плащиком конфессиональности. Закон, уголовно наказывающий за наложение на кого-нибудь Великой Клятвы (Хэрем) и таким способом, очевидно, входит на поле конфессиональных дел, является в том направлении очень важным и видным прецедентом. 

Предложения депутата Меруновича [13]  о государственном экзамене для раввинов, о регуляции еврейских метрикальных реестров, совсем несправедливо заклеймённые как антисемитские, были дальнейшими шагами в направлении гражданского уравнивания евреев с неевреями. По моему мнению, эти предложения должны были исходить от самих евреев, которые чувствовали себя гражданами края, а этого не произошло, и то что, наоборот, эти предложения вызвали такой визг, это собственно доказательство, что гражданское чувство среди еврейской массы еще даже не сформировалось и что единицы с гражданским чувством среди той массы или вовсе еще не существуют, или совсем еще бессильны.

Надеюсь, что со временем это чувство будет расти, должно расти. По мере роста того чувства должны собственно посреди нашего еврейства выходить ассимиляционные проекты. Пока сего нет, пока наши евреи по примеру д-ра Липпе и со рвением, достойным лучшего применения, будут бросаться на всякую попытку критики и независимого мнения о еврейском вопросе в нашем крае, до тех пор нееврейская общественность сама должна обдумать защитные способы для сдерживания еврейской эксплуатации и для выведения еврейского дела на соответствующую дорогу. Желаю, чтобы те усилия были самые успешные и могли предотвратить различные катастрофы, которые могли бы евреям вместо мысли о развитие и спокойной гражданской ассимиляции, насильно подтолкнуть к громадной эмиграции.

Без сомнения, эмиграция частичная, медленная и с размышлением, организованная самими евреями должна быть желаемой для нашей общественности как предохранительный клапан, что уменьшил бы в крае напор еврейского элемента, а для евреев как творение кадров будущей национальной самостоятельности. Таковая, она наверняка может рассчитывать на симпатию и помощь нашей общественности, но такая эмиграция, это совсем не то неуместное «евреев, нагруженных добром, выгнать из страны», как подсовывает мне д-р. Липпе.

Сим закончу сей ряд своих мыслей о еврейском дело в Галичине, вызванных еврейской полемикой. Жаль, что эта полемика, кроме замечание, надругательств, окриков и вопросов, не дала нам никаких фактов для основательнейшего обсуждения сего дела.

*****

Впервые напечатано на польском языке в журнале "Przegląd Społeczny", 1887, том С, №5,  стр. 431-444.    Авторский перевод на украинский  —  10-14 июля 1913.

Примечания: 

 (В тексте статьи Ивана Франко мои пояснения — в скобках курсивом; слова самого Франко, взятые в скобки — обычным шрифтом)

В оригинале везде: жидовское, жиды.

[1]    «Przegląd Społeczny» —  львовский ежемесячный научно-литературный журнал на польском языке   

[2]    Альфред Носсиг  ( 1864-1943)  —  еврей, вначале был сторонником ассимиляции, затем изменил  своё мнение и в этой статье выступил с позиций  сионизма. Казнён в Варшавском гетто евреями подпольщиками, по недоказанному подозрению в связях с германской разведкой.

[3]    «Der Izraelit» — Издаваемый просветительским обществом «Шомер Исраэль» двухнедельник «Дер Израэлит» (выходил 35 лет) пропагандировал распространение просвещения среди широких еврейских масс, знакомил их с гражданскими и общественными задачами и поддерживал политику австрийских властей, направленную против политических требований поляков. Языком издания был немецкий, который до 1873 года передавался с помощью букв еврейского алфавита.

«Ojczyzna» — «Ojczyzna» — еврейский двухнедельный журнал, выходил во Львове с 1881 по 1892 год, вначале на польском и еврейском языках и с 1886 только на польском. Имел имидж издания поддерживающего тенденции ассимиляции, хотя его редакторы, Ицхак Бернфельд и Моше Иссахар Ландау, принадлежали к кругу «маскилим» — еврейского просвещения.  

[4]     Липпе  —  др. Карпел Липпе — Натан Петахья (1830-1915) — еврейский врач из г.Яссы, сионист и общественный деятель.   

[5]     «Symptome der antisemitischen Geisteskrankheit» —  Симптомы антисемитской душевной болезни.  В этой брошюре др. Карпел Липпе выступил против ассимиляторов.

[6]    «Propinacja» — монопольное право шляхты производить и продавать алкоголь, часто передавалось в руки евреев за арендную плату.

[7]   «Antisemitische Geisteskrankheit» — «Антисемитская душевная болезнь»,  так называлась книга др. Липпе.

[8]    Имеется в виду статья Альфреда Носсига

[9]    Риттер — еврей из Галиции , был обвинен в убийстве и надругательстве над трупом женщины в деревне близ Кракова. В печати приводились материалы судебного процесса над Риттером в Кракове, согласно которым евреям якобы дозволяется (законами иудаизма) убивать иноверцев. Риттер, проведший 37 месяцев в тюрьме, в результате был полностью оправдан. 

Тисы Эслера — имеется в виду кровавый навет в деревне Тисаэслар в Венгрии и последующий долгий судебный процесс в 1882-83 годах, в результате все евреи были полностью оправданы.

[10]      памятная резня в Галичине в 1846 г. —  имеется в виду крестьянское восстание на территории Западной Галиции.  

[11]      Авторская ссылка на источник —  Пор. : Tessarczyk J. Rzez galicyjska 1846 г., а також його рукопис у бібл. Оссолінських (ч.1868, к.38,43 і ін.).

[12]     Адольф Владислав Инлендер (Adolf Władysław Inlender) (19/12/1853, Бучач —  27/2/1920  Львов) – польский фармацевт, общественный деятель. В 70-е и в 80 гг. XIX века был одним из лидеров социалистического движения в Восточной Галиции. Под влиянием идей марксизма вместе с Иваном Франко и Болеславом Червенским сформулировал программу первой социалистической партии в Восточной Галиции,  опубликованной в 1881 году в Женеве под названием «Программа галицких социалистов». Национальность неизвестна, похоронен как христианин.

[13]      Теофил Мерунович (Merunowicz)(род. в 1846 г.) — польско-австрийский политический деятель и публицист, христианин, русин. Несмотря на свое происхождение, М. в 1870-х гг. стал вести враждебную агитацию против русинов и евреев. М. — один из основателей антисемитской партии в Галиции, причем им были внесены в антисемитскую пропаганду элементы крайне деморализующего характера. М. в качестве члена галицийского сейма и австрийского рейхсрата внес ряд предложений об ограничении евреев в правах в Австрии; однако его предложения никогда не были предметом серьезного обсуждения парламента. — Ср. Kolmer, Das neue Parlament, 1897.                

Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.